Нью-Йоркский мужской Балет Трокадеро де Монте-Карло продемонстрировал на Новой сцене Большого театра свои пародии на классику Петипа, Баланчина и других великих балетмейстеров. Если бы это шоу было показано на основной сцене ГАБТа, главному театру реставрация уже не помогла бы – стены рухнули бы от взрывов смеха.

Наверное, в стенах Большого театра так громко не смеялись, даже когда полвека назад в балете «Жизель» при попытке запустить в принца розой бесплотная нимфа с грохотом рухнула на сцену вместе с декорациями. Собственно, ничего серьезного от гастролей американцев никто и не ждал – ведь всю балетную классику Балет Трокадеро де Монте-Карло исполняет... исключительно мужским составом. Если в театре кабуки переодетые в женские кимоно мужчины не вызывают и тени улыбки, то в Большом театре при виде здоровых темнокожих атлетов в пачках губы невольно расплываются в улыбке.

Пародиями на Танец маленьких лебедей Москву удивить трудно – это делают клоуны теперь в любом цирке. Да и мужская труппа, где всерьез танцуют женские партии, в России тоже имеется – это петербургский балет Михайловского. Американцы не похожи ни на тех ни на других. Мужественно исполняя партии невесомых балерин, танцовщики вставляют свои шутки как бы невзначай. То четвертый «маленький лебедь» замешкается с выходом на сцену и третий его вытаскивает из-за кулис буквально силой, то отвергнутый паж походя пнет ногой уснувшую в позе «лебедушку», а то мускулистая «балерина» вдруг забывает роль и вместо фуэте бацает какой-нибудь рок-н-ролльный трюк или акробатический кувырок через голову. Самое забавное, что американизированное «Лебединое озеро» демонстрировалось в романтических декорациях под знакомую всем музыку Петра Ильича Чайковского (правда, массовики-затейники и здесь умудрились вставить в партитуру кваканье лягушек и трели сверчков).

Порой, глядя на сложные вариации и па-де-де, зрители забывали, что хрупкие лебеди (равно как сильфиды и красавицы из «Корсара» или «Дон Кихота») – мужчины. Даже когда партнер как бы невзначай запускал руку под юбку «партнерши», а та отвечала на наглость звонкой пощечиной, зрители одобрительно кивали головой. Все три часа шоу шутки сыпались как из рога изобилия, причем, к чести хореографов, ни одна из них не была пошлой и ни одна не повторилась.

Впрочем, смеялись не все. Несколько настоящих балетоманов, мужественно посмотрев все три отделения, выходили из театра в ночь с каменными лицами, приговаривая: «Разве можно так издеваться над русским балетом». Но их голос был практически не слышен в гуле восторженной толпы.