Июль в Лондоне вовсе не означает затишья культурной жизни, так что у московского балета есть сильные конкуренты. В Британском музее, например, проходит выставка мумий, в театре «Палас» – новый мюзикл Эндрю Ллойда Уэббера «Женщина в белом», а Национальная галерея предлагает «Русский пейзаж времен Льва Толстого». К тому же после выступлений Большого в Ковент-Гардене будет танцевать мировая суперзвезда Сильви Гиллем. Но при этом, и несмотря на отсутствие городской уличной рекламы, почти все билеты (по цене от 5 до ста фунтов) были распроданы. В честь «Большого балета» устроил прием «для узкого круга» один из лондонских Ротшильдов, а знаменитый режиссер Деклан Донеллан пригласил артистов на ужин в саду своего дома.

Пресса отмечает размах проекта – пять названий спектаклей, двенадцать контейнеров с реквизитом, 137 танцовщиков плюс собственный оркестр. (Последнее бывает далеко не всегда, потому что приезд оркестра резко увеличивает расходы.) На пресс-конференции журналисты интересовались, почему в гастролях не участвует Нина Ананиашвили и – вот странность! – совершенно не спрашивали про Анастасию Волочкову. В фойе Ковент-Гардена развернута фотовыставка из музея Большого театра: эскизы костюмов, декораций, снимки – от целомудренно порхающей Улановой в «Ромео и Джульетте» (50-е годы прошлого века) до завернутых в одну простыню полуголых исполнителей этих ролей в новой московской версии шекспировского балета. Кстати, ГАБТ ведет переговоры о глобальной экспозиции из фондов своего богатейшего музея: сейчас в Лондоне выбирают место – то ли это будет старинный музей Виктории и Альберта, то ли дом современного искусства Тейт-Модерн.

Уже прошли три «Дон Кихота», два «Лебединых озера», теперь, после порции классики, показывают «Ромео и Джульетту», впереди – снова «Лебединое», «Спартак» и «Дочь фараона». Театр Ковент-Гарден, построенный три столетия назад посреди одноименного рынка, недавно пережил капитальную реконструкцию, после которой прежний вид остался лишь у красного с золотом зрительного зала. На первом показе «Дон Кихота» в результате компьютерного сбоя на полпути застряли сменные декорации, а выбежавшие было на сцену «испанцы» и «испанки» пытались танцевать в кромешной темноте. Пришлось на несколько минут прервать спектакль. На следующий день посреди вариации упала Светлана Захарова, исполнительница главной партии Китри. Балерина повредила палец, но, к счастью, все обошлось, а зрители (и без того щедрые на аплодисменты) аплодировали ей вдвойне.

К моменту выхода этой статьи подводить итоги рано: гастроли только подошли к середине. Рецензии в лондонских газетах разноречивы, но в целом, если судить по пятибалльной системе, «Большой балет» оценен на твердую четверку. Британским критикам вообще трудно угодить. С одной стороны, здесь не любят ничего чрезмерного (по этой причине местные рецензенты когда-то не приняли Майю Плисецкую). Вместе с тем пресса скрупулезно выискивает театральные эмоции: именно – и прежде всего – артистизма традиционно ожидают от московского балета. Большой поклонник Большого Клемент Крисп отметил в «Файнэншл таймс», что в «Дон Кихоте» он давненько не видал такой бравурности, Мария Александрова–Китри восхитительна и победоносна, а в «Лебедином озере» Андрей Уваров–Принц показал царскую технику. Но Джоан Перри из «Обсервер» решила, что Александрова–Китри «еще не умеет играть веером и мужчиной». При этом критик в восторге от танца ее партнера Сергея Филина и превозносит яркий темперамент другой Китри – Галины Степаненко. (Сервантесовский персонаж Филина удостоился похвал газеты «Ивнинг стандард» как «парень, перед чьим заманивающим подмигиванием трудно устоять».) Дебора Крейн в «Таймс» хвалит труппу, но считает, что Китри у Александровой недостаточно сексуальна, а Уварову не помешало бы прибавить экспрессии в «Лебедином». Почти все высоко оценили оркестр под управлением Павла Сорокина, Александра Петухова в роли Санчо Пансы, цыганский танец Юлианы Малхасянц и слаженность кордебалета. Почти все ругают редакцию «Лебединого озера» Юрия Григоровича: даже Крисп пишет, что в балете небрежно скомкан финал, а Исмена Браун из «Дейли телеграф» перечисляет недостатки списком – балету не хватает «сказочности», напрасно удалена вся пантомима, Захарова, при уникальных данных, неглубоко проникает в роль. Зато другой обозреватель думает, что хотя от Лебедя Захаровой не исходит «лунный свет», как от Ульяны Лопаткиной, но балерина все равно выглядит как человек «из другого измерения».