- Пару лет назад, когда вы приезжали в Большой, журналисты вас пытали, что же вы будете здесь ставить, но вы очень изящно уклонились от ответа.

- (Смеется.) Да, было.

- Почему в итоге вы выбрали именно "Сон в летнюю ночь"?

- У меня появился шанс сделать некое исследование о театре. Я посмотрел на труппу Большого в Opera de Paris, потом в Лондоне и решил, что поставлю именно этот балет. Самое важное, когда я еду в новый театр, - это диалог. И я почувствовал, что именно с балетом "Сон в летнюю ночь" я смогу и сам что-то отдать, и получить что-то взамен. Здесь есть классическая техника, но в совершенно разных направлениях. Есть и драматические черты. И очень много героев - они все важны. Именно это создает ощущение ансамбля, как и должно быть в большом-большом театре наподобие легендарного МХАТа в великий его период.

- Этот спектакль я видела на гастролях Opera de Paris в Москве в начале девяностых. Ощущение было волшебным, но тогда показалось, что в Большом для такого балета нет такого количества разных артистов - по амплуа, характерам...

- (Смеется и смотрит укоризненно.) Я вынужден сказать, что вы ошибаетесь. В таком спектакле очень важен баланс. Я подбираю разные комбинации людей, ищу, пробую. Надеюсь, что мы создадим такой ансамбль, который заставит вас забыть о Парижской опере.

"Я не знаю, сколько русских у меня в компании"

- Мариинский театр вы тоже исследовали. Можете обозначить, чем две наши русские труппы отличаются от западных?

- (Вздыхает.) Всегда есть разница. Очень сложный вопрос - если бы вы писали книгу, мы бы это обсудили. Я бы сказал так: давайте про национальность не думать. Танец - искусство абсолютно человеческое. Все люди друг от друга отличаются, и каждая компания отличается от другой.

- Хорошо, абстрагируемся от национальности. Но общеизвестно, что в вашей собственной компании очень много славянских танцовщиков.

- (Проникновенно.) Честно говоря, я в этом направлении вообще никогда не думаю. Я смотрю на человека и вижу те качества, которые я ценю. Я смотрю, артист ли он, возьмет ли на себя ответственность, которая включает еще и дисциплину. Когда я все это вижу - мне все равно, кто передо мной: китаец, француз, русский. Вот спросите: сколько русских у меня в компании? Я не знаю.

- Одна. Анна Поликарпова.

- (Обиженно.) Ну почему же одна? (Загибает пальцы и перечисляет всех танцовщиков с русскими фамилиями. Удивленно смотрит на сжатый кулак.) Да, есть несколько.

- Если вспомнить историю создания "Сна в летнюю ночь" - что вас подтолкнуло?

- Я был студентом и изучал Шекспира. Мы анализировали эту пьесу. Это был очень важный день, когда мой профессор объяснил, что в этой истории есть три уровня. Мир фей (космический мир). Мир аристократов. Мир ремесленников. Это сразу же застряло во мне. Юмор пьесы построен на смешении этих уровней. И я подумал - если бы я смог воплотить эти три мира, каждый со своей музыкой, своей хореографией. Смешно, когда Титания попадает не в свой мир с Основой. Я вернулся к этой идее и решил поставить спектакль, уже когда руководил труппой в Гамбурге. Я хотел показать силу ансамбля. Позднее "Сон в летнюю ночь" превратился в такой автограф Гамбургского балета. Потом его ставили самые разные компании.