Любимица москвичей Диана Вишнева станцевала в Большом «Лебединое озеро». Переполненный зал Новой сцены не вместил всех желающих увидеть собственными глазами питерскую знаменитость. И дело даже не в том, что Вишнева показала свою новую работу, разучив редакцию Григоровича и выступила в паре с киевлянином, а теперь уже «нашим» Денисом Матвиенко. Событийным спектакль стал и потому, что Диана отвергнутая с «Лебедином» в родной Мариинке, собравшая разноголосую международную прессу рискнула станцевать Одетту-Одиллию в Большом и не проиграла. Более того, задолго до вишневской гастроли в балетных кругах циркулировали слухи о том, что краса и гордость петербургского балета со следующего сезона затанцует в Большом в статусе «guest». Об этом поспешила сообщить местная пишушая братия. Опыт сотрудничества с приглашенными солистами у театра уже имеется. А сама Вишнева, радует своих поклонников частыми выступлениями в Берлине, Париже, Вене и в Нью-Йорке. В одном интервью балерина призналась, что в Большом ей интересно станцевать Аспиччию и Мехмене Бану, а также Кармен и Риту. Однако, возможная перспектива конкуренции с Вишневой настолько взволновала балеринский корпус Большого и примкнувших к ним солисток, что во главе со Светланой Захаровой они высказали свое неудовольствие генеральному директору. Видимо, демарш внесет коррективы в решение о московском будущем Дианы. И если руководство пойдет на поводу у взбунтовавшихся, то московская публика лишится возможности видеть одну из ярчайших балерин современности.

Диана Вишнева, успешно освоившая хореографию Баланчина и Форсайта, Бежара и Ноймайера, Пети и Ратманского, лишь в этом сезоне зачислила в свой мариинский актив главную балеринскую партию наследия (ведь, какой бы статусной балериной ты ни была, но если не станцевала «Лебединое», то, вроде бы, и не балерина ты вовсе), до этого обкатав ее за границей. В Берлине она репетировала с Еленой Чернышевой, бывшей артисткой Кировского кордебалета, а в Нью-Йорке с экс-примой Кировского балета Ириной Колпаковой, причем последняя «Лебединое» никогда не танцевала. Почему? А это уже загадка истории.

Конечно, Вишневу легко упрекнуть в несовершенстве физических данных, в разрушении пресловутых границ амплуа, особенно если дело касается Одетты. Но отказать ей в праве танцевать «Лебединое озеро» невозможно. В Москве Диана провела свой спектакль с мощнейшим энергетическим посылом, ярко и грандиозно. А ее танец был академично-внятным и притягательным. Что белый лебедь, что черный – глаз не оторвать! Руки Вишневой не копировали крылья, а изламывались неожиданно в локтях, или тревожно взмывали вверх. Лишь «питерские» кисти смягчали рисунок пор де бра. Той же тревогой наполнялись хрестоматийные лебединые позы. Она не захотела показать королеву лебедей кроткой и беззащитной. Напротив, смелые ракурсы корпуса, граничащие с резкостью и активная позиция в отношении к принцу (такая модель поведения оказалась близка Марии Александровой и Полине Семионовой, но воплощалась ими малоубедительно) живописали характер и непреодолимую жажду скорее порвать с колдовским озером. В адажио, как и положено, тело Вишневой пело в унисон скрипке. В вариации, отлично справляясь со всеми сложностями, балерина, лишь обнародовала суховатое плие и небезупречный пируэт в цепочке вращений. Просто Вишневой комфортнее в быстрых темпах. Неслучайно, среди лучших ее достижений балеты Баланчина.

Абсолютно в «своей тарелке» предстала Вишнева-Одиллия. Здесь оказались так кстати магнетизм женщины-вамп и захлестывающий темперамент, столь обожаемый московской публикой. Принц-Матвиенко тут же сдался в плен этой Одиллии-охотницы. Адажио в быстром темпе предвосхитило вариации, где партнеры были на высоте. Правда вихревые фуэте оказались небезупречны, но в финальной диагонали балерина пронеслась с сумасшедшей скоростью, лишь на секунды притормаживая в победительных аттитюдах. Диана подивила не только танцем, но и костюмом. Ее черная пачка отливала чернильным оттенком, серебристый декор от Вирсаладзе превратился в синий, голову украсила рубиновая корона. Возможно, на ком-то это смотрелось бы несуразно. Но Диане – все к лицу. И если по-своему, то во всем. Московское выступление Вишневой продемонстрировало ее универсальные возможности и уникальную способность подчинять даже малопригодный для себя материал.