Впервые под одной обложкой собраны материалы о ярчайшем ленинградском танцовщике. Это публиковавшиеся ранее статьи мэтров критического жанра Веры Красовской, Бориса Львова-Анохина, Николая Эльяша, анализирующие коронные партии Соловьева (Юноша из «Ленинградской симфонии», Голубая птица и Дезире, Бог из «Сотворения мира») и творчество вообще. Здесь и бесценные свидетельства партнерш: Аллы Шелест, Инны Зубковской, Габриэлы Комлевой, Наталии Макаровой, рассказы балетмейстеров Константина Сергеева, Игоря Бельского, Гергия Алексидзе, дирижеров-корифеев Юрия Гамалея и Виктора Федотова. Помещены отклики западных журналистов на трагическую смерть Юрия Соловьева в 1977 году. Включены список партий и подробная русскоязычная библиография. Книга оформлена черно-белыми фотографиями. Среди них много известных - сценических, а на обложке хрестоматийный снимок Соловьева - Голубой птицы, партии второго плана, ставшей для танцовщика эмблематичной. Интересны детские, школьные, бытовые и семейные снимки. Есть даже анонимные зарисовки, на которых артист репетирует в Лондоне партии Альберта и Принца из «Золушки» и Альберта.

У тех, кто не видел Соловьева, но обратится к сборнику, безусловно, сложится ясное представление, как он танцевал. Авторами многократно описаны предельная точность воспроизведения хореографии, двойные туры в воздухе, траектории зависающих прыжков, «мягкие» ноги и молодецкая удаль Соловьева, вкупе с природным обаянием. Его то и дело называют «космическим Юрием» и сравнивают с Вацлавом Нижинским. На этом сравнении базируется статья балетмейстера и теоретика хореографии Федора Лопухова, интерес к творчеству которого сегодня возрос, в контексте постановок «Светлого ручья» и «Болта» в Большом. Лопухов, выросший с Нижинским подтверждает похожую природу танцевального дарования двух танцовщиков, указывая на уникальную способность «зависать» в воздухе (элевацию), даже называет их «братьями». И разъясняет различие прыжковой техники. У Нижинского «стреляющий прыжок», из-за предварительного жесткого плие (приседания) и отталкивания от земли, а у Соловьева прыжок «мягкий, лирического порядка», потому что его плие мягкое. И таких профессиональных деталей, доходчиво раскрытых в статье Лопухова немало.

Недоумение вызывает статья составителя сборника Бориса Бланкова, кажется, единственная написанная специально для данного издания. Бывший танцовщик выплескивает обиду на балетного худрука Олега Виноградова, не взявшего его сына в театр. Упрекает балерину Ирину Колпакову, якобы «снимавшую» Соловьева с гастролей. От Бланкова досталось и высококлассному педагогу Владлену Семенову, наставнику Сергея Вихарева и Андриана Фадеева, «за слабые уроки.

Несомненно, сборник стал бы лучше, если бы Бланков не ограничился архивами. Не хватает воспоминаний судьбоносных для Соловьева балетмейстеров Юрия Григоровича, Натальи Касаткиной и Владимира Василева и его многолетней партнерши Аллы Сизовой.